Some aspects of the choice of surgical approach for triple pelvic osteotomy in the treatment of hip dysplastic instability in children



Cite item

Abstract

Aim - on the basis of clinical and laboratory data, to analyze the degree of muscle injury during triple pelvic osteotomy with various approaches in patients with hip dysplasia

Matherials and methods.

The study included 70 patients aged 12 to 18 years with dysplasia Crowe I grade treated between 2020 and 2021. All children were divided into two groups - I - 35 patients who underwent triple pelvic osteotomy from an anterolateral approach, group II - 35 patients who underwent triple pelvic osteotomy from two approaches (medial and “bikini"). In addition to standard radiometry of hip joints, such indicators as the severity of pain syndrome on the VAS scale were evaluated, as well as biochemical analysis of markers of muscle injury (LDH, CPK, creatinine, AST, C-reactive protein) before surgery and on the 3rd and 7th days after surgery.

Results.

The intensity of the pain syndrome according to the questionnaire data was more pronounced (p<0.05) in patients who underwent surgery from an anterolateral access, and the values of CPK and C-reactive protein significantly (p<0.05) exceeded those in patients who underwent triple pelvic osteotomy from two surgical approaches. The data obtained indicate greater surgical aggression against the muscles of the hip joint area during the anterolateral approch for triple pelvic osteotomy.

Conslusion.

A comparative analysis of the traumaticity of surgical approaches during triple pelvic osteotomy in children with hip dysplasia Crowe I degree, based on the assessment of biochemical indicators of markers of muscle injury and the intensity of pain syndrome in the postoperative period showed that the use of anteriorlateral approach significantly (p<0.05) has a greater injury to muscle tissue than the use of two surgical accesses (medial and “bikini”), as evidenced by significant increases in CPK and CRP in the blood, as well as a more pronounced pain syndrome in the immediate postoperative period.

Full Text

Введение

Частота возникновения дисплазии тазобедренных суставов не имеет тенденции к снижению с течением времени и несмотря на современные возможности её максимально раннего выявления процент гиподиагностики сохраняется на достаточно высоком уровне [1, 2, 3, 4]. Наличие недоразвития свода вертлужной впадины создает условия для возникновения краниального смещения головки бедренной кости с формированием подвывиха бедра, а его первые клинические симптомы проявляются уже в подростковом периоде в связи с наличием участка локальной патологической нагрузки на гиалиновый хрящ [5, 6, 7]. Множество отечественных и зарубежных авторов научно доказали высокую эффективность выполнения тройной остеотомии таза в комплексном лечении диспластического подвывиха бедра и коксартроза у детей, подростков и молодых взрослых [8, 9, 10, 11, 12, 13]. Для осуществления остеотомий костей таза и реориентации вертлужной впадины ортопедами используется от одного до трех хирургических доступов [14, 15, 16, 17]. Кроме того, имеются работы, посвященные выполнению тройной остеотомии из малоинвазивных доступов [18, 19, 20, 21]. Одновременно с этим необходимо отметить, что на сегодняшний день существует диалектические противоречия в понятии “малоинвазивный” доступ. Так у ряда авторов сложилось мнение, что малоинвазивным или малотравматичным хирургическим доступом является доступ с разрезом кожных покровов до 10 см даже при условии нанесения значимого повреждения околосуставных мышц [22, 23, 24, 25]. В противоположность этому мнению другие авторы считают, что под термином “малоинвазивных/малотравматичный” доступ подразумевается хирургический доступ, при котором не проводиться рассечения мышц и сухожилий, а протяженность разреза кожи не имеет особого значения [26, 27]. Кроме того, ряд авторов, которые выполняют тройную остеотомию таза более чем из одного, незначительного по длине разреза кожи, также считают эту методику малоинвазивной [28]. Вместе с тем инвазивность и травматичность доступа в первую очередь определяется величиной мышечной травмы, одним из способов определения которой является оценка таких биохимических маркеров мышечной травматизации как АСТ, КФК, ЛДГ и С-реактивный белок [29]. Нами был проведен анализ мировой и отечественное научной литературы, касающейся сравнению травматичности различных хирургических доступов для выполнения тройной остеотомии таза, который показал отсутствие такого рода исследований, что подчеркивает актуальность его проведения.

Цель исследования – на основании клинико-лабораторных данных провести анализ степени мышечной травматизации при выполнении тройной остеотомии таза различными доступами у пациентов с дисплазией тазобедренных суставов.

Материалы и методы

Дизайн исследования: моноцентровое когортное проспективное сравнительное контролируемое исследование.

Критерии включения пациентов в исследование:

-наличие нестабильности тазобедренного сустава в виде подвывиха бедра (Crowe I степень)

- отсутствие необходимости выполнения корригирующих вмешательств на проксимальном отделе бедренной кости

-отсутствие неврологических, системных и генетических заболеваний

-согласие пациента или его законного представителя на участие в исследовании.

Критерии исключения пациентов из исследования:

-наличие нестабильности тазобедренного сустава в виде маргинального, надацетабулярного и подвздошного вывиха бедра (Crowe II-IV)

- необходимость выполнения внутрисуставных манипуляция и корригирующей остеотомии бедренной кости;

-наличие неврологических, системных и генетических заболеваний;

-отказ от заполнения информированного согласия для принятия участия в исследовании.

- возникновение инфекций хирургической раны в послеоперационном периоде.

Характеристика пациентов

Настоящее исследование основано на результатах клинико-лабораторного обследования в пред – и послеоперационном периоде 70 пациентов (70 тазобедренных суставов) с дисплазией тазобедренных суставов Crowe I степени в возрасте от 12 до 18 лет (15,2±1,4), которым с целью ликвидации нестабильности тазобедренного сустава в период с 2020 по 2021 годы была выполнена тройная остеотомия таза. Все пациенты в зависимости от используемого хирургического доступа были разделены на 2 равнозначные группы. Первую составили 35 пациентов (35 тазобедренных суставов), которым тройная остеотомия таза выполнялась общепринятым для отделения передне-боковым доступом. Пациентов женского пола было 30, мужского - 5. Во вторую группу вошли 35 пациентов (35 тазобедренных суставов) у которых использовались два хирургических доступов: медиальный трансаддукторный и доступ “бикини”. Пациентов женского пола было 28, мужского – 7.

Технические аспекты хирургических доступов

Передне-боковой доступ.

Положение пациента на операционном столе лежа на контрлатеральном пораженному суставу боку. Выполняется углообразный разрез кожи и подкожно-жировой клетчатки от передне-верхней ости подвздошной кости до уровня границы верхней третей диафиза бедра длиной 15–20 см. Рассечение tensor fascia lata повторяет разрез кожи с дополнительным поперечным сечением кзади на уровне большого вертела с целью проведения манипуляций на седалищной кости. После препаровки промежутка между m.gluteus medius и m.tensor facia lata и выделения крыла подвздошной кости осуществляется рассечение хрящевого апофиза гребня подвздошной кости с последующим поднадкостничным выделением тела подвздошной кости, в которую проводится проволочная пила. Следующим этапом проводится поднадкостничное выделение и остеотомия лонная кость медиальнее Y-образного хряща или гребневидного бугорка. После выделения на протяжении n. ischiadicus выполняется поднадкостничное выделение и периацетабулярная остеотомия седалищной кости, краниальнее места прикрепления lig. sacrotuberosus. После этого проводится остеотомия тела подвздошной кости с последующей реориентацией либерализованной вертлужной впадины.

Медиальный трансаддукторный доступ и доступ “бикини”.

Положение пациента на операционном столе лежа на спине. В положении нижней конечности на стороне вмешательства сгибания и разведения выполняется поперечный разрез кожи и подкожно-жировой клетчатки в проекции сухожилия m.adductor longus длиной до 4 см. Тупо в межмышечном промежутке формируется канал до седалищной кости. После поднадкостничного выделения долотом выполняется её периацетабулярная остеотомия. Следующим этапом производится разрез кожи и подкожно-жировой клетчатки на 1 см ниже крыла подвздошной кости вдоль паховой складки длиной до 15 см. После рассечения фасции визуализируется, выделяется на протяжении и смещается n. сutaneous femoris lateralis. В промежутке между m. tensor facia lata и m.sartorius выделяется крыло подвздошной кости с последующим рассечением его хрящевого апофиза, поднадкостичным выделения тела подвздошной кости и проведения проволочной пилы в седалищную вырезку. Дальнейшие манипуляции не имели отличий от аналогичных, выполняемых из передне-бокового доступа.

Характеристика методов исследования

Помимо общепринятого клинического исследования с заполнением анкеты VAS и лучевых методов исследования, которые включали в себя рентгенографию в передне-задней и аксиальной проекциях и компьютерной томографии (КТ) тазобедренных суставов всем пациентам проводился анализ биохимических маркеров мышечной травматизации до операции и на 3-и и 7-е сутки послеоперационного периода (лактатдегидрогеназа – ЛДГ, кретинфосфаткиназа - КФК, аспартатаминотрансфераза - АСТ, с-реактивный белок - СРБ). Помимо этого, проводился анализ длительности операции, а также объема интраоперационной кровопотери.

Статистический анализ

Статистический анализ осуществлялся с помощью программного комплекса “IBM SPSS” v.26. Анализ внутри групп пациентов проводился при помощи непараметрического критерия Вилкоксона, между групп –с помощью непараметрического критерия U Манна-Уитни с уровнем вероятности ошибки первого рода менее 5% (p<0,05).

Результаты

Пациенты обеих групп при поступлении в клинику Центра предъявляли типичные для дипластической нестабильности тазобедренного сустава жалобы на боли, интесивностью 4,5±0,8 балла по шкале ВАШ. Нарушение походки в виде хромоты отмечалось у 100% пациентов, а средняя величина укорочения нижней конечностей составила 1,4±0,3 см, избыточные ротационные движения, положительный FADIR-test выявлен у 29 пациентов (83%) в первой группе и у 30 пациентов (85%) во второй.

Полученные после проведения рентгенометрии основных показателей состояния тазового и бедренного компонентов сустава, а также их соотношений, представлены в таблице 1.

Таблица 1/Table 1

Значения основных рентгенометрических величин, характеризующих анатомическое строение и пространственную ориентацию вертлужной впадины и проксимального отдела бедра у пациентов обеих групп исследования до операции

The values of the main radiometric values characterizing the anatomical structure and spatial orientation of the acetabulum and proximal femur in patients of the study groups before surgery

Показатели

 

Пациенты группы I

M±SD (min-max)

Me (25%-75%)

Пациенты группы II

M±SD (min-max)

Me (25%75%)

Угол Sharp (°)

53±3 (50-58)

52 (51-57)

53,6±3,5 (50-57)

54 (50-57)

Угол Tonnis (°)

22,4±2,6 (18-27)

22 (20-25)

23,1±2,5 (20-28)

23 (21-25)

Угол Wiberg (°)

5±2,6(1-9)

5 (3-7)

4,6±2,7 (2-11)

4 (2-6)

Степень костного покрытия (%)

52,4±4,1 (45-59)

52 (50-56)

50,6±3,8 (46-53)

51 (46-53)

Краниальное смещение (мм)

8±4 (2-16)

7 (5-10,5)

8±3,7 (3±15)

7,5 (5-11,8)

ШДУ (°)

138,5±5,8 (125-150)

140 (135-141,8)

139,4±6,4 (125-150)

140 (135-142)

УА (°)

35,5±3,7 (24-40)

36,7 (32,7-38)

36±4 (24-42)

36,8 (33-38,6)

Рентгенанатомическое строение тазобедренного сустава у пациентов обеих групп, представленной в таблице 1, характеризовалось типичными для диспластического характера патологии изменениями и не имело (p>0,05) статистически значимого межгруппового различия [13, 30].

Проведенное биохимическое исследование выше обозначенных маркеров мышечной травматизации, данные которого представлены в таблице 2, показало, что их значения до операции находились в пределах референсного интервала и не имело достоверных отличий (p>0,05) между группами пациентов.

Таблица 2/Table 2

Значения биохимических показателей маркеров мышечной травматизации до операции

Values of biochemical parameters of markers of muscle trauma before surgery

Показатели

Группа I

M±SD (min-max)

Me (25%-75%)

Группа II

M±SD (min-max)

Me (25%-75%)

ЛДГ (Ед/л)

244±15 (189-272)

242 (236-258)

247±12,8 (226-276)

247 (238-257)

КФК (Ед/л)

98,4±30,4 (62-169)

87 (78-114)

97±28,3 (68-172)

89 (74-104)

Креатинин (Мкмоль/л)

61±7,8 (61-169)

61 (54-67)

60,1±9 (45-78)

59 (53-67)

АСТ (Ед/л)

20,9±5,8 (11-32)

21 (15-25)

19,8±5,6 (10-32)

19 (15-24)

СРБ (Мг/л)

0,8±0,3 (0,3-1,2)

0,9 (0,5-1)

0,7±0,3 (0,2-1,3)

0,8 (0,5-1)

Все хирургические вмешательства проводились опытными хирургами.

Среднее время операции и величина кровопотери у пациентов в I группе составили 93±10 минуты и 200,4±36,2 мл соответственно, во II группе - 92±8 минуты, и 166,7±38 мл. Средняя продолжительность хирургического вмешательства не имела различий (p>0,05). В то же время объем интраоперационной кровопотери у пациентов, которым тройная остеотомия таза выполнялась из двух доступов был статистически ниже (p<0,05), чем в группе пациентов, которым аналогичное вмешательство выполнялось из передне-бокового хирургического доступа.

В результате проведенного хирургического лечения у всех пациентов обеих групп исследования достигнута стабильность тазобедренного сустава, о чем свидетельствуют данные таблицы 3.

Таблица 3/Table 3

Значения основных рентгенометрических величин, характеризующих анатомическое строение и пространственную ориентацию вертлужной впадины и проксимального отдела бедра у пациентов обеих групп исследования после операции

The values of the main radiometric values characterizing the anatomical structure and spatial orientation of the acetabulum and proximal femur in patients of the study groups after surgery

Показатели

 

Пациенты группы I

M±SD (min-max)

Me (25%-75%)

Пациенты группы II

M±SD (min-max)

Me (25%75%)

Угол Sharp (°)

35,3±4,9 (28-45)

35 (31-38)

36,2±4,8 (30-45)

36 (32-40)

Угол Tonnis (°)

6,1±1,9 (3-9)

6 (5-8)

5,4±2,1 (2-9)

5 (4-7)

Угол Wiberg (°)

31,4±7(18-40)

31 (27-39)

32,7±3,9 (28-40)

33 (30-35)

Степень костного покрытия (%)

93,3±5,9 (80-100)

95 (90-100)

94,7±5,2 (85-100)

95 (90-100)

Краниальное смещение (мм)

Abs

Abs

ШДУ (°)

138,5±5,8 (125-150)

140 (135-141,8)

139,4±6,4 (125-150)

140 (135-142)

УА (°)

35,5±3,7 (24-40)

36,7 (32,7-38)

36±4 (24-42)

36,8 (33-38,6)

Из представленных данных в таблице 3 видно, что в результате проведенного хирургического лечения у всех пациентов в обеих группах исследования достигнута стабильность тазобедренного сустава со значениями основных рентгенометрических индексов, отражающих анатомическое строение и пространственную ориентацию вертлужной впадины, а также ее соотношение с бедренной костью, находящихся в переделах нормативных рефересных интервалов, что на наш взгляд крайне важно как в плане возможного дальнейшего развития “pincer” типа фемороацетабулярного импинджмента, так и сложности позиционирования и имплантации чашки эндопротеза в случаях необходимости выполнения тотальной артропластики тазобедренного сустава во взрослом возрасте в результате гиперкоррекции положения ацетабулярного фрагметнта [13, 31].

Проведенный анализ выраженности болевого синдрома, который оценивался по шкале ВАШ, в послеоперационном периоде, а также динамики его изменения показал наличие достоверных различий (p<0,05) между группами пациентов (рисунок 1)

 

Так пациенты I группы на 3-и сутки после операции отмечали сильные боли, в то время у пациентов II группы болевые ощущения носили умеренный характер. На 7е послеоперационные сутки болевые ощущения постепенно купировались, однако сохранялись достоверные отличия в выраженности болевого между пациентами I и II группы (p<0,05).

Изменения в показателях маркеров мышечной травматизации представлены в таблице 4.

Таблица 4/Table 4

Динамика изменений в биохимических показателях маркеров мышечной травматизации в послеоперационном периоде.

Dynamics of changes in biochemical parameters of markers of muscle trauma after surgery.

 

Показатели

Группа I

M±SD (min-max)

Me (25%-75%)

Группа II

M±SD (min-max)

Me (25%-75%)

ЛДГ 3 сутки (Ед/л)

266±14,7(240-291)

267 (254-278)

262±12 (241-282)

264 (253-273)

КФК 3 сутки (Ед/л)

753±123,2 (540-1012)*

751 (657-845)

358±82,6 (180-493)*

368 (321-413)

Креатинин 3 сутки (Мкмоль/л)

59±9,9 (42-81)

57 (53-64)

58,6±10,9 (39-85)

57 (51-67)

АСТ 3 сутки (Ед/л)

34,7±6,8 (20-46)

35 (29-41)

34±5 (23-42)

34 (31-39)

СРБ 3 сутки (Мг/л)

177±17,6 (146-222)*

178 (164-187)

67±24 (20-112)*

69 (46-84)

ЛДГ 7 сутки (Ед/л)

248±22,8 (151-285)

251 (243-261)

253±14 (226-282)

254 (245-264)

КФК 7 сутки (Ед/л)

193,3±50,6 (75-278)*

198 (163-234)

164,4±31,6 (75-234)*

1649 (143-186)

Креатинин 7 сутки (Мкмоль/л)

58,7±11,7 (41-81)

56 (49-69)

60,8±10 (39-81)

62 (53-69)

АСТ 7 сутки (Ед/л)

23±7,2 (11-42)

22 (17-26)

21,6±5,4 (11-30)

22 (18-26)

СРБ 7 сутки (Мг/л)

29±13,6 (8-51)*

29 (16-39)

16,5±8 (1,3-32,1)*

14,6 (10,2-23,4)

*p<0,05

Проведенный анализ данных, представленных в таблице 4 показал, что у пациентов, которым тройная остеотомия таза была выполнена из передне-бокового хирургического доступа отмечается значительное (p<0,05) повышение значений КФК и СРБ по сравнению с пациентами, которым тройная остеотомия таза была выполнена из двух доступов. Этот факт позволяет сделать заключение, что в ходе проведения всех хирургических манипуляций на костях таза из передне-бокового доступа происходит значительно большая травматизация мышц, что может оказать негативное влияние на статико-динамической функции в отдаленном послеоперационном периоде. По остальным показателям биохимических маркеров травматизации мы не выявили достоверных отличий (p>0,05).

Обсуждение

  1. D. Tȍnnis в 1981 году впервые описал свою модификацию выполнения тройной остеотомии таза, получившую большую популярность по всему миру для лечения детей с дисплазией тазобедренных суставов и болезни Пертеса, для выполнения которой использовалось три отдельных доступа и существовала необходимость изменения положения пациента на столе в ходе проведения операции. С тех пор данная хирургическая методика получила многочисленные модификации, которые в первую очередь касаются количества доступов к костям таза [14, 15, 16, 17]. На сегодняшний день все чаще появляются публикации об использовании малоинвазивных хирургических методов для выполнения тройной остеотомии таза [18, 19, 20, 21].

Так Balakumar B. с соавторами описывают выполнение тройной остеотомии таза из доступа типа “бикини” с длиной разреза 5-7см, а Lehman W.B. с коллегами и вовсе выполняют данную операцию из двух “практически чрезкожных” косметических доступов [18, 19]. Одновременно с этим необходимо отметить, что об эффективность тройной остеотомии таза, выполненной из малоинвазивных доступов, судят лишь по степени достигнутой коррекции и протяженности разреза кожи. Анализ наносимой мышечной травмы не проводился ни в одной изученной нами публикации. Вместе с тем подобного рода исследования не являются редкостью при сравнении стандартных и малоинвазивных доступов при проведении первичного и ревизионного эндопротезирования тазобедренного сустава у взрослых пацинетов [29, 32, 33, 34, 35, 36]. Несмотря на это результаты этих исследований носят достаточно противоречивый характер, поскольку ряд авторов заявляет о нанесении меньшей травмы мышцам при выполнении малоинвазивных доступов, по сравнению со стандарными другие же, проводя схожий биохимических анализ, не нашли достоверных различий в показателях маркеров мышечной травматизации. Вместе с тем, Zhao H.Y. c соавторами проведя сравнение переднего и задне-латерального хирургических доступов к тазобедренному суставу пришли к выводу, что выполнение переднего доступа связано с нанесением меньшей мышечной травмы, о чем свидетельствовали различия как в данных биохимического анализа крови, так и в менее интенсивном послеоперационном болевом синдроме и, как следствие, меньшей потребности в приеме обезболивающих препаратов [34]. Коллектив авторов из Румынии проводя изучения травматичности переднего и латерального доступов не нашли существенных различий в биохимическом анализе, однако доказали меньшую травматичность переднего доступа по выраженности болевого синдрома после операции и необходимости применения наркотических анальгетиков [35] Ортопеды из НМИЦ травматологии и ортопедии им. Р.Р. Вредена проведя масштабное исследование по травматичности различных малоинвазивных и стандартных доступов при проведении первичного и ревизионного эндопротезирования тазобедренного сустава пришли к выводу, что несмотря на отсутствие достоверных различий в биохимических маркерах мышечной травмы малоинвазивный переднелатеральный доступ является приоритетным для лиц молодого возраста в связи с наименьшим по интенсивности болевым синдромом в послеоперационном периоде [29]. Кроме того, авторы делают заключение о том, что на величина интраопераицонной мышечной травмы зависит прежде всего не от возможного отсечения с последующей рефиксацией сухожилий мышц области тазобедренного сустава, а от давления инструментов на эти мышцы для обеспечения адекватной визуализации операционной раны.

Несмотря на тот факт, что у многих хирургов – ортопедов в нашей стране сложилось мнение, что травматичность такой операции как тройная остеотомия таза зависит в первую очередь от количества хирургических доступов, полученные в нашем исследовании результаты свидетельствуют об обратном. Так у пациентов, у которых был применен передне-боковой доступ, выполненный из одного разреза кожи, значения показатель КФК, имеющий высокую специфичность к любым изменениям со стороны мышечной ткани человека, на третьи и седьмые сутки после операции были в 2 раза выше аналогичных значений КФК в группе пациентов, которым тройная остеотомия таза была выполнена из двух хирургических доступов. Значения CРБ у первой группы пациентов превышали аналогичные у второй 2,6 раза на третьи послеоперационные сутки и в 1,8 раз на седьмые. Кроме того, интенсивность болевого синдрома у пациентов, прооперированных передне-боковым доступом была значительно выраженнее, нежели у пациентов, у которых использовались два доступа. Полученные в ходе проведенного исследования результаты сопоставимы с данными Zhao H.Y. и Nistor D.V., поскольку на наш взгляд прямой доступ и “бикини” несмотря на разное направление разрезов кожи во многом идентичны по работе в межмышечных промежутках. Кроме того, мы считаем, что помимо давления инструментами на мышцы, о влиянии которого на величину мышечной травматизации делает заключение Синеокий А.Д. с коллегами, травматичность доступа зависит от протяженности и локализации препаровки бессосудистых межмышечных промежутков. Так при передне-боковом доступе препарируется на достаточно большом протяжении (от большого вертела до передне-верхней ости подвздошной кости) промежуток между объемной и важной для статико-динамической функции средней ягодичной мышцей и мышцей, напрягающей широкую фасцию бедра, а при доступе “бикини” – выполняется расслоение промежутка между портняжной мышцей и мышцей, напрягающей широкую фасцию бедра на относительно небольшом протяжении – до 10 см, отводящая бедро группа мышц при этом доступе остается интактной.

Заключение

Проведенный сравнительный анализ травматичности хирургических доступов при выполнении тройной остеотомии таза у детей с дисплазией тазобедренных суставов Crowe I степени, основанный на оценке биохимических показателей маркеров мышечной травмы и интенсивности болевого синдрома в послеоперационном периоде показал, что применение передне-бокового доступа достоверно (p<0,05) оказывает большее травмирование мышечной ткани, чем применение двух хирургических доступов (медиальный трансаддукторный и “бикини”), о чем свидетельствуют значительное повышений КФК и СРБ в крови, а также более выраженный болевой синдром в ближайшем послеоперационном периоде. С учетом полученных данных на наш взгляд при выборе доступа для выполнения тройной остеотомии у пациентов с дисплазией тазобедренных суставов Crowe I степени предпочтительней проведения операции из медиального трансаддукторного доступа и доступа “бикини”.

×

About the authors

Pavel Bortulev

ФГБУ "Национальный медицинский исследовательский центр детской травматологии и ортопедии им. Г.И. Турнера" Минздрава России

Author for correspondence.
Email: pavel.bortulev@yandex.ru
ORCID iD: 0000-0003-4931-2817

Руководитель отделения патологии тазобедренного сустава ФГБУ "Национальный медицинский исследовательский центр детской травматологии и ортопедии им. Г.И. Турнера" Минздрава России

Russian Federation

Tamila Baskaeva

ФГБУ “НМИЦ детской травматологии и ортопедии им. Г.И.Турнера” Минздрава России

Email: tamila-baskaeva@mail.ru
ORCID iD: 0000-0001-9865-2434

Врач – травматолог – ортопед отделения патологии тазобедренного сустава

Dmitrii Barsukov

ФГБУ “НМИЦ детской травматологии и ортопедии им. Г.И.Турнера” Минздрава России.

Email: dbbarsukov@gmail.com
ORCID iD: 0000-0002-9084-5634

Кандидат медицинских наук, старший научный сотрудник отделения патологии тазобедренного сустава

Ivan Pozdnikin

ФГБУ “НМИЦ детской травматологии и ортопедии им. Г.И.Турнера” Минздрава России

Email: pozdnikin@gmail.com
ORCID iD: 0000-0002-7026-1586

Кандидат медицинских наук, научный сотрудник отделения патологии тазобедренного сустава

References

  1. Литература:
  2. Čustović S., Šadić S., Vujadinović A.et al. The predictive value of the clinical sign of limited hip abduction for developmental dysplasia of the hip (DDH) // MedicinskiGlasnik 2018;15(2):174-178
  3. Kotlarsky P., Haber R., Bialik V., Eidelman M. Developmental dysplasia of the hip: What has changed in the last 20 years? // World J Orthop 2015; 6:886-901.
  4. Сертакова А.В., Морозова О.Л., Рубашкин С.А., Тимаев М.Х., Норкин И.А. Перспективы молекулярной диагностики дисплазии тазобедренных суставов у детей // Вестник Российской академии медицинских наук.2017; - Т.72. - № 3. - С. 195-202.
  5. Sertakova A.V., Morozova O.L., Rubashkin S.A., TimaevM.Kh., Norkin I.A Challenges of molecular-based diagnosis developmental dysplasia of the hip in childhood. Vestnik Rossiiskoi akademii meditsinskikh nauk. 2017;72(3):195-202 (In Russ). doi: 10.15690/vramn806
  6. Поздникин И.Ю., Басков В.Е., Волошин С.Ю., Барсуков Д.Б., Краснов А.И., Познович М.С. с соавт. Ошибки диагностики и начала консервативного лечения детей с врожденным вывихом бедра // Ортопедия, травматология и восстановительная хирургия детского возраста. – СПб. – 2017. – Т.5. №2. – С.42 - 51
  7. PozdnikinI.Yu., Baskov V.E., VoloshinS.Yu., Barsukov D.B., Krasnov A.I., Poznovich M.S. Errors of diagnosis and the initiation of conservative treatment in children with congenital hip dislocation. Ortopediya, travmatologiya i vosstanovitel'naya khirurgiya detskogo vozrasta. 2017;5(3):42-51 (In Russ).doi: 10.17816/PTORS5242-51
  8. Камоско М.М., Григорьев И.В. Остеотомии таза в лечении диспластической патологии тазобедренного сустава // Вестник травматологии и ортопедии им. Н.Н. Приорова. 2010; - №1. – С. 90 – 93
  9. Kamosko M.M., Grigor’ev I.V. Pelvic osteotomies at treatment of dysplastic hip pathology // Vestnik travmatologii i ortopedii im. N.N. Priorova.2010;1:90-93. (InRuss).
  10. Zhang X, Meng Q, Ma R, Chen G, Cheng L, Shen J. Early acetabular cartilage degeneration in a rabbit model of developmental dysplasia of the hip. Int J Clin Exp Med. 2015;8(8):14505-14512. Published 2015 Aug 15.
  11. Fujii M, Nakashima Y, Jingushi S, et al. Intraarticular findings in symptomatic developmental dysplasia of the hip. J Pediatr Orthop. 2009;29(1):9-13. doi: 10.1097/BPO.0b013e318190a0be
  12. Соколовский О.А. Результаты тройной остеотомии таза при дисплазии тазобедренного сустава у подростков // Вестник ВГМУ. - 2012. – Т. 11. №4 - с.74-49
  13. Sokolovskii O.A. Rezul'taty troinoi osteotomii taza pri displazii tazobedrennogo sustava u podrostkov. Vestnik VGMU.2012;11(4):74-49 (In Russ).
  14. Кожевников В.В., Ворончихин Е.В., Григоричева Л.Г., Лобанов М.Н., Буркова И.Н. Показания и эффективность лечения детей с остаточной дисплазией тазобедренного сустава путем тройной остеотомии таза // Детская хирургия. – 2017. – Т. 21. №4 – c. 197-201
  15. Kozhevnikov V. V., Voronchikhin E.V., Grigoricheva L.G., Lobanov M.N., Burkova I.N. Indications for and efficiency of treatment of children with residual hip joint dysplasia by triple pelvic osteotomy. Children surgery. 2017; 21(4):197-201.doi: 10.18821/1560-9510-2017-21-4-197-201
  16. Konya M.N., Tuhanioğlu Ü., Aslan A., Yildirim T., Bursali A., Sahin V., Demir B. A comparison of short-term clinical and radiological results of Tönnis and Steel pelvic osteotomies in patients with acetabular dysplasia // Eklem Hastalik Cerrahisi. 2013; 24 (2):96-101. doi: 10.5606/ehc.2013.22.
  17. Farsetti P., Caterini R., De Maio F., Potenza V., Efremov K., Ippolito E. Tonnis triple pelvic osteotomy for the management of late residual acetabular dysplasia: mid-term to long-term follow-up study of 54 patients // J Pediatr Orthop B. 2018 Nov 26. doi: 10.1097/BPB.0000000000000575.
  18. Li Y., Xu H., Slongo T., Zhou Q., Chen W., Li J., Canavese F. Bernese-type triple pelvic osteotomy through a single incision in children over five years: a retrospective study of twenty eight cases // Int Orthop. 2018; 42 (12):2961-2968. doi: 10.1007/s00264-018-3946-3
  19. Бортулёв П.И., Виссарионов С.В., Басков В.Е., Барсуков Д.Б., Поздникин И.Ю., Познович М.С. Применение индивидуальных шаблонов при тройной остеотомии таза у детей с диспластическим подвывихом бедра (предварительные результаты) // Травматология и ортопедии России. 2019. – Т. 25. № 4 – с. 47-56.
  20. Bortulev P.I., Vissarionov S.V., Baskov V.E., Barsukov D.B., PozdnikinI.Yu., Poznovih M.S. [Patient specific templates for triple pelvic osteotomy in children with dysplastic hip subluxation (preliminary results)]. Travmatologiya i ortopediya Rossii [Traumatology and Orthopedics of Russia]. 2019;25(3):47-56. (In Russ).doi: 10.21823/2311-2905-2019-25-3-47-56.
  21. Pailhé R, Cavaignac E, Murgier J, Cahuzac JP, de Gauzy JS, Accadbled F. Triple osteotomy of the pelvis for Legg-Calve-Perthes disease: a mean fifteen year follow-up. Int Orthop. 2016;40(1):115-122. doi: 10.1007/s00264-015-2687-9
  22. Kumar D, Bache CE, O'Hara JN. Interlocking triple pelvic osteotomy in severe Legg-Calvé-Perthes disease. J Pediatr Orthop. 2002;22(4):464-470.
  23. Rahimi H, Kachooei AR, Hallaj-Moghaddam M, Gharedaghi M, Mirkazemi M, Shahpari O, Hassani M, Moradi A, Asadian M. A modified triple pelvic osteotomy for the treatment of hip hypoplasia. Arch Bone Jt Surg. 2013 Sep;1(1):31-4. Epub 2013 Sep 15. PMID: 25207281; PMCID: PMC4151405.
  24. Wu J, Yang Y, Wang X, Zhou X, Zhang C. Modified triple pelvic osteotomy for adult symptomatic acetabular dysplasia: clinical and radiographic results at midterm follow-up. J Orthop Surg Res. 2018 Sep 15;13(1):236. doi: 10.1186/s13018-018-0922-y. PMID: 30219063; PMCID: PMC6139145
  25. Lehman WB, Mohaideen A, Madan S, Atar D, Feldman DS, Scher D. Surgical technique for an 'almost' percutaneous triple pelvic osteotomy for femoral head coverage in children 6-14 years of age. J Pediatr Orthop B. 2004;13(1):57-62. doi: 10.1097/00009957-200401000-00011
  26. Balakumar B, Racy M, Madan S. Minimally invasive (MIS) Tönnis osteotomy- A technical annotation and review of short term results. J Orthop. 2018;15(1):253-258. Published 2018 Jan 31. doi: 10.1016/j.jor.2018.01.043
  27. Sankar WN, Zaltz I. Single-incision Extraperiosteal Triple Innominate Osteotomy: Outcomes of an Updated Technique.J Pediatr Orthop. 2020;40(10):e1005-e1009. doi: 10.1097/BPO.0000000000001647
  28. Lyu X, Yang Z, Wang Y, Zhang T, Lu M, Bian Z. Novel Minimally-Invasive Triple Pelvic Osteotomy: JiShuiTan Minimally-Invasive Approach. J Pediatr Orthop. 2022;42(2):e154-e162. doi: 10.1097/BPO.0000000000002019
  29. Wenz JF, Gurkan I, Jibodh SR. Mini-incision total hip arthroplasty: a comparative assessment of perioperative outcomes. Orthopedics. 2002;25(10):1031-1043. doi: 10.3928/0147-7447-20021001-14
  30. DiGioia AM 3rd, Plakseychuk AY, Levison TJ, Jaramaz B. Mini-incision technique for total hip arthroplasty with navigation. J Arthroplasty. 2003;18(2):123-128. doi: 10.1054/arth.2003.50025
  31. Sherry E, Egan M, Warnke PH, Henderson A, Eslick GD. Minimal invasive surgery for hip replacement: a new technique using the NILNAV hip system. ANZ J Surg. 2003;73(3):157-161. doi: 10.1046/j.1445-2197.2002.02597.x
  32. Woolson ST, Mow CS, Syquia JF, Lannin JV, Schurman DJ. Comparison of primary total hip replacements performed with a standard incision or a mini-incision. J Bone Joint Surg Am. 2004;86(7):1353-1358. doi: 10.2106/00004623-200407000-00001
  33. Pflüger G, Junk-Jantsch S, Schöll V. Minimally invasive total hip replacement via the anterolateral approach in the supine position. Int Orthop. 2007;31 Suppl 1(Suppl 1):S7-S11. doi: 10.1007/s00264-007-0434-6
  34. Tudor A, Ruzic L, Vuckovic M, et al. Functional recovery after muscle sparing total hip arthroplasty in comparison to classic lateral approach - A three years follow-up study. J Orthop Sci. 2016;21(2):184-190. doi: 10.1016/j.jos.2015.12.010ъ
  35. Ghanem I. Surgical technique for an 'almost' percutaneous triple pelvic osteotomy for femoral head coverage in children 6-14 years of age. J Pediatr Orthop B. 2005;14(1):61. doi: 10.1097/01202412-200501000-00011
  36. Синеокий А.Д., Плиев Д.Г., Гуацаев М.С., Ефимов Н.Н., Стафеев Д.В., Михайлов К.С., Несинов А.А. Cравнительный анализ биохимических маркеров тканевой травматизации в зависимости от используемого хирургического доступа при ревизионном эндопротезировании тазобедренного сустава // Современные проблемы науки и образования. – 2020. – № 4. ;URL: https://science-education.ru/ru/article/view?id=30092 (дата обращения: 04.08.2022)
  37. Басков В.Е., Камоско М.М., Барсуков Д.Б., Поздникин И.Ю., Кожевников В.В., Григорьев И.В., Бортулёв П.И. Транспозиция вертлужной впадины после подвздошно-седалищной остеотомии таза при лечении дисплазии тазобедренного сустава у детей // Ортопедия, травматология и восстановительная хирургия детского возраста. – 2016. – Т.4. – Вып.2. – с 5-11
  38. Baskov V.E., Kamosko M.M., Barsukov D.B., PozdnikinI.Yu., Kozhevnikov V.V., Grigor'ev I.V., Bortulev P.I. Transpozitsiya vertluzhnoi vpadiny posle podvzdoshno–sedalishchnoi osteotomii taza pri lechenii displazii tazobedrennogo sustava. Ortopediya, travmatologiya I vosstanovitel'naya khirurgiya detskogo vozrasta. 2016;(2)4:5-11(in Russ) doi: 10.17816/PTORS425-11
  39. Yacovelli S, Abdelaal M, Fillingham Y, Sutton R, Madding R, Parvizi J. Prior Pelvic Osteotomy Affects the Outcome of Subsequent Total Hip Arthroplasty. J Arthroplasty. 2021;36(2):600-604. doi: 10.1016/j.arth.2020.07.080
  40. Müller M, Tohtz S, Springer I, Dewey M, Perka C. Randomized controlled trial of abductor muscle damage in relation to the surgical approach for primary total hip replacement: minimally invasive anterolateral versus modified direct lateral approach. Arch Orthop Trauma Surg. 2011;131(2):179-189. doi: 10.1007/s00402-010-1117-0
  41. Rykov K, Reininga IHF, Sietsma MS, Knobben BAS, Ten Have BLEF. Posterolateral vs Direct Anterior Approach in Total Hip Arthroplasty (POLADA Trial): A Randomized Controlled Trial to Assess Differences in Serum Markers. J Arthroplasty. 2017;32(12):3652-3658.e1. doi: 10.1016/j.arth.2017.07.008
  42. Zhao HY, Kang PD, Xia YY, Shi XJ, Nie Y, Pei FX. Comparison of Early Functional Recovery After Total Hip Arthroplasty Using a Direct Anterior or Posterolateral Approach: A Randomized Controlled Trial. J Arthroplasty. 2017;32(11):3421-3428. doi: 10.1016/j.arth.2017.05.056
  43. Nistor DV, Caterev S, Bolboacă SD, Cosma D, Lucaciu DOG, Todor A. Transitioning to the direct anterior approach in total hip arthroplasty. Is it a true muscle sparing approach when performed by a low volume hip replacement surgeon?. Int Orthop. 2017;41(11):2245-2252. doi: 10.1007/s00264-017-3480-8
  44. Landgraeber S, Quitmann H, Güth S, et al. A prospective randomized peri- and post-operative comparison of the minimally invasive anterolateral approach versus the lateral approach. Orthop Rev (Pavia). 2013;5(3):e19. Published 2013 Jul 24. doi: 10.4081/or.2013.e19

Supplementary files

There are no supplementary files to display.


Copyright (c) Bortulev P., Baskaeva T., Barsukov D., Pozdnikin I.

Creative Commons License
This work is licensed under a Creative Commons Attribution 4.0 International License.

СМИ зарегистрировано Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор).
Регистрационный номер и дата принятия решения о регистрации СМИ: серия ПИ № ФС 77 - 82474 от 10.12.2021.


This website uses cookies

You consent to our cookies if you continue to use our website.

About Cookies