Functional results of full arthroscopic latissimus dorsi and teres major tendons transfer for massive and irreparable rotator cuff defects



Cite item

Full Text

Abstract

Relevance. Treating patients with massive irrepareble rotator cuff tears remains a complex and unresolved issue.

Objective - To evaluate the functional outcomes and complications after full arthroscopic transposition of the teres major and latissimus dorsi muscles using axillary ports.

Material and methods. The study included 67 patients who assessed the functional outcome using the Constant, ASES, and VAS scales, as well as range of motion and scapular rhythm, as well as patient satisfaction with the treatment outcome.

Results. 79.1% of patients were satisfied with the treatment result. There were no infectious and neurovascular complications. The mean Constant scale score increased from 32.3 to 63.1 (P<0.001), and the ASES scale score – from 26.4 to 69.2 (P<0.001), reaching the minimal clinically significant difference in all observations. Pseudoparesis resolved in 23 of 29 (79.3%) patients, including 12 patients with loss of active shoulder external rotation. Symmetrical scapular rhythm was restored in 46 (68.7%) patients. An inverse weak correlation was found between the acromiohumeral interval, active flexion deficit before surgery, as well as the patient's body mass index and postoperative Constant scores. The mean postoperative Constant score was significantly lower in patients with preoperative pseudoparesis (P=0.012). In overweight patients with an index greater than 35, the Constant score was also significantly lower (P=0.273). The risk of unssatisfaction with the treatment outcome was higher in patients over 65 years of age, with a body mass index greater than 35, an acromiohumeral interval less than 6 mm, or shoulder arthropathy greater than stage II.

Conclusion. Fully arthroscopic transfer of the latissimus dorsi and teres major muscles is effective in treating patients with massive and irreparable posterior-superior rotator cuff defects, with no inferiority in functional outcomes but a lower risk of infectious complications than arthroscopically assisted transfer.

Full Text

Введение

Реконструкция трудновосстановимых дефектов манжеты ротаторов плеча представляет сложную проблему, которую необходимо решать у 20-40% оперируемых по поводу повреждения ротаторов пациентов [1, 2]. Функциональные нарушения при массивном разрыве ротаторов могут быть хорошо компенсированы с сохранением активных движений в плечевом суставе или нарушены в разной степени вплоть до невозможности сгибания плеча более 45°, т.е. псевдопаралича [3, 4]. При хирургическом лечении пациентов с трудновосстановимыми дефектами используют техники частично замещающие утраченные функции манжета (частичный шов, мышечно-сухожильные трансферы, пластика верхней капсулы или сухожилий манжеты, интерпозиционные техники), выполняют реверсивное эндопротезирование плечевого сустава или ограничиваются субакромиальной декомпрессией с тенотомией или тенодезом длинной головки двуглавой мышцы плеча (ДГДМП) [6, 7, 8, 9, 10, 11, 12]. Транспозицию сухожилия большой круглой мышцы (m. Teres major, TM) и/или широчайшей мышцы спины (m. Latissimus dorsi, LD) изначально применяли для восстановления наружной ротации и противодействия прогрессирующей внутренне-ротационной деформации плечевой кости у детей с родовспомогательным параличем [13, 14]. Последующая практика продемонстрировала высокую эффективность трансфера LD изолированно или в комбинации с TM как у пациентов с массивным разрывом манжеты ротаторов и утратой активной наружной ротации, так и при частичной утрате активного сгибания плеча, но элевации конечности более 45° (псевдопарезе) [4, 15].

Артроскопическая фиксация перемещаемого сухожилия LD позволила минимизировать повреждение дельтовидной мышцы, уменьшить риск повреждения лучевого и подкрыльцового нервов, а также одновременно рефиксировать сухожилие подлопаточной мышцы и выполнять процедуры с ДГДМП [16, 17]. Эволюция артроскопически-ассистированной техники сопровождалась совершенствованием способов формирования поддельтовидного туннеля, забора, проведения, аугментации и фиксации перемещаемых сухожилий [18, 19, 20, 21]. В 2016 г. K. Cutbush опубликовал полностью артроскопическую технику трансфера LD с использованием подмышечных артроскопических портов [22]. Альтернативный вариант полностью артроскопического трансфера с применением транспекторальных портов предложил в 2018 г. J. Kany [3]. Однако протяженное выделение сухожилий и мышц LD/TM до угла лопатки, необходимое для достаточной их мобилизации из портов J. Kany затруднительно. Частота осложнений и неудач после выполнения как открытых, так и артроскопических вариантов танспозиции LD/TM остается высокой, а задача совершенствования техники мышечно-сухожильных транспозиций актуальной [5, 23].

Цель исследования – проанализировать среднесрочные клинико-функциональные результаты лечения пациентов с массивными трудновосстановимыми повреждениями манжеты ротаторов плеча, которым была выполнена полностью артроскопическая транспозиция большой круглой и широчайшей мышцы спины с использованием подмышечных портов и внешним прошиванием перемещаемых сухожилий.

Материал и методы исследования

Следующим критериям включения в наблюдательное когортное ретроспективное исследование удовлетворили 67 пациентов из 84, которым в ПСПбГМУ им. акад. И.П. Павлова был выполнен артроскопический трансфер сухожилий LD/TM:

  • ­­наличие застарелого трудновосстановимого задне-верхнего дефекта манжеты ротаторов с болевым синдромом и нарушением активных движений верхней конечности;
  • подтвержденная в ходе артроскопии невозможность анатомической рефиксации манжеты после выполнения релизов;
  • возраст пациента менее 70 лет и признаки остеоартроза менее 3 ст. по R. Samilson;
  • сохранение пассивного сгибания и отведения более 90º;
  • частичная утрата активной элевации конечности (в т.ч. псевдопарез) или любая степень утраты активной наружной ротации;

Критерии невключения:

  • наличие невосстановимого повреждения подлопаточной мышцы;
  • артропатия 4 или 5 ст. по K. Hamada;
  • хронический псевдопаралич (активное сгибание менее 45º) или стойкая тугоподвижность, которые не удалось разрешить в течение 6 мес.;
  • повреждения плечевого сплетения, подкрыльцового нерва, выраженная дисфункция дельтовидной мышцы;
  • сопутствующие декомпенсированные заболевания, терапия глюкортикостероидами;
  • перенесшие ранее вмешательства на том же плечевом суставе.

Методы исследования

Помимо пола, возраста, стороны повреждения и индекса массы тела (ИМТ), регистрировали продолжительность симптомов или время с момента травмы, инъекции кортикостероидов, курение, характеристики разрыва (передне-задний и медиально-латеральный размер, оцененные после дебридмента, акромиально-плечевой интервал (АПИ), степень жировой инфильтрации надостной и подостной мышц), а также характеристики операции (тенотомия или тенодез ДГДМП, шов подлопаточной мышцы).

До и не менее, чем через 24 мес. после операции производили оценку выраженности болевого синдрома по шкале ВАШ и функционального состояния при помощи опросников ASES (American Shoulder and Elbow Surgeons) и Constant C.R. [24, 25]. Субъективную оценку результата пациентами осуществляли как удовлетворительную или неудовлетворительную. Дополнительно клиническую значимость изменений подтверждали регистрируя минимальное клинически значимое различие (MCID) [26, 27]. Дефицит активных движений в плечевом суставе определяли, как разницу между оперируемой и здоровой конечностями. Регистрировали результат визуально-пальпаторного теста T-S. Huang для оценки лопаточного ритма [28].

АПИ и стадию омартроза определяли на предоперационных рентгенограммах в прямой проекции [29]. Также перед операцией на аппаратах GE Signa 1,5T (США) было выполнено МРТ для выявления и оценки разрыва манжеты ротаторов, сопутствующих повреждений ДГДМП и акромиально-ключичного сочленения, определения признака касательной (Tangent sign) и степени жировой инфильтрации по классификации B. Fuchs, а также вычисления мышечно-жирового соотношения в надостной ямке (OR - occupation ratio) для количественного измерения мышечной атрофии и жировой инфильтрации надостной мышцы по H. Thomazeau [30, 31].

Хирургическая техника

Пациента позиционировали на боку, операционное поле ограничивали таким образом, чтобы была доступна подмышечная область и область плечевого сустава. На этапе мобилизации, отсечения и прошивания сухожилий LD/TM конечность удерживал ассистент в положении практически полного сгибания, отведения и небольшой внутренней ротации плеча, обеспечивающем лучшую визуализацию места прикрепления сухожилий к плечевой кости (Рис. 1). Визуальный порт устанавливали кпереди от задней стенки подмышечной полости на уровне дна ее свода в проекции мышечно-сухожильного перехода LD, обнаруживая сухожилия LD и TM, которые участвуют в образовании задней стенки подмышечной полости. На том же уровне дна подмышечной полости кзади от передней ее стенки, образованной грудными мышцами и ключично-грудинной фасцией, под артроскопическим контролем формировали инструментальный порт обеспечивающий доступ к верхнему и нижнему краям сухожилий LD/TM, а также месту прикрепления к плечевой кости. Визуализировали и избегали контакта при последующих манипуляциях с фасциальным футляром, содержащим магистральные сосуды, нервы и лимфатические узлы, в т.ч. наиболее близко расположенный лучевой нерв, а также подкрыльцовым нервом, передними и задними огибающими сосудами, находящимися в непосредственной близости от перемещаемых сухожилий. После рассечения сухожильно-фасциальных соединений вдоль верхнего и нижнего краев LD/TM от места прикрепления к плечевой кости до нижнего угла лопатки, в т.ч. перемычек к длинной головке трехглавой мышце плеча и обильных связей с подкожно-жировой клетчаткой, мобилизованные перемещаемые сухожилия захватывали зажимом Микулича через дополнительный задне-подмышечный порт, формируемый кзади от мышц LD/TM в проекции омотриципитального трехстороннего пространства. Отсекали сухожилия LD/TM от плечевой кости при помощи аблятора, постепенно выводя их зажимом в дополнительный порт и продолжая мобилизацию перемещаемых мышц и сухожилий от более глубоко расположенных тканей. При недостаточной длине TM производили сдвиг ее мышечной порции проксимально вдоль общего сухожилия LD/TM и прошивание верхнего и нижнего краев по Krakow лентой UltraTape или двумя нитями UltraBraid (Smith&Nephew) от мышечно-сухожильного перехода TM до места отсечения LD. Конечность помещали на вытяжение, традиционное для артроскопии плечевого сустава в положении пациента на боку. Выполняли дебридмент, субакромиальную декомпрессию, тенотомию или тенодез ДГДМП, шов сухожилия подлопаточной мышцы, препаровку заднего поддельтовидного и омотриципитального пространства, визуализацию подкрыльцового нерва, сухожилия длинной головки трехглавой мышцы плеча, медиальнее которого формировали туннель для проведения LD/TM в омотриципитальном пространстве. После релиза частично рефиксировали сухожилия надостной и подостной мышц, в т.ч. с применением техники сведения краев мышечно-сухожильного дефекта. Под контролем камеры в латеральном порте через задний порт в омотриципитальное пространство проводили артроскопический граспер, рабочую часть которого выводили через дополнительный подмышечный порт для захвата лент/нитей. Осуществляя тягу за выведенные в задний порт ленты артроскопически контролировали экскурсию LD/TM в поддельтовидном туннеле, выбирали точку в проекции крепления подостного сухожилия к головке плечевой кости и фиксировали с небольшим натяжением перемещенный мышечно-сухожльный комплекс LD/TM при помощи одного или двух безузловых анкеров FootPrint Ultra PK 5,5 mm (Smith&Nephew) или ReelX STT (Stryker).

л)

и)

м)

к)

з)

ж)

е)

д)

г)

б)

а)

в)

                        

р)

о)

п)

н)

         

Рис. 1. Этапы артроскопического трансфера LD/TM: а) МРТ до операции; б) локализация визуального подмышечного порта; в) топография подмышечной области; г) локализация инструментальных портов; д) выделение LD и TM; е) задние огибающие плечевую кость сосуды (pCV); ж) захват зажимом Микулича сухожилия LD, (з) его отсечение от плечевой кости, выведение в порт и (и) прошивание снаужи; к) проведение граспера в трехстороннее пространство; л) выведение граспера в подмышечный порт, захват нитей и выведение их в задний порт; м) проведение сухожилий LD/TM через трехстороннее пространство с (н) якорной фиксацией на головке плечевой кости; о) внешний вид перемещенных сухожилий; п) рентгенография после операции; р) сгибание плеча до и после операции.

 

Статистический анализ

При описательном анализе предоперационные и послеоперационные результаты по функциональным шкалам сравнивали с использованием непараметрического W-критерия Уилкоксона для связанных выборок. Наличие взаимосвязей между набором переменных, регистрируемых перед и в ходе операции и характеризующими особенности пациента, а также характер повреждений плечевого сустава и набором переменных, описывающих результат лечения, оценивали при помощи модели многомерного канонического корреляционного анализа. Далее на основании полученных результатов был проведен регрессионный анализ взаимосвязей послеоперационных показателей шкалы Constant с демографическими и клиническими показателями, имеющими непрерывный характер. Для оценки удовлетворенности пациента результатом лечения была проведена логистическая регрессия. Влияние дискретных показателей на удовлетворенность пациентов оценивали путем вычисления однофакторного отношения шансов и отношения рисков. Показатели отношений выше 1 свидетельствовали о более вероятной удовлетворенности пациента, а менее 1 – о большей вероятности неудовлетворенности.

Статистический анализ производили с использоваинем IBM SPSS Statistics Base 22.0 для Windows (IBM, Armonk, NY). Порог статистической значимости определяли как P < 0,05.  Показатели представляли в виде среднего значения, медианы с квартилями, минимума и максимума значения.

Результаты

В среднем, наблюдение за 67 пациентами (43 мужчины и 24 женщины), вошедшими в исследование, продолжалось 32,3 мес. (от 24 до 60 мес.). Средний возраст составил 63,7 года (от 52 до 73 лет). В 50 (74,6%) наблюдениях повреждение локализовалось на доминирующей стороне и сопровождалось клинической симптоматикой, в среднем, в течение 32,4 мес. (от 8 до 108 мес.). Во всех случаях были повреждены сухожилия надостной и подостной мышц, а в 48 (71,6%) также сухожилие подлопаточной мышцы, которое было рефиксировано. Повреждения типа С по классификации P. Collin подтвердили в ходе артроскопии у 48 (71,6%) пациентов, типа D – у 14 (20,9%) и типа E – у 5 (7,5%) [32]. Средняя корональная протяженность разрыва составила 48,5 мм (от 40 мм до 65 мм), а сагиттальная – 39,5 мм (от 5 мм до 45 мм). Жировая инфильтрация надостной мышцы имела, в среднем, 3,8 стадию (от 3 до 4 ст.) по B. Fuchs, подостной мышцы – 2,8 ст. (от 2 до 4 ст.) и подлопаточной мышцы – 1,3 ст. (от 0 до 2 ст.). Среднее мышечно-жировое соотношение в надостной ямке составило 0,28 (от 0,11 до 0, 83) и положительный признак касательной был зафиксирован на МРТ у 58 (86,6%) пациентов. Средний АПИ перед операцией был равен 3,8 мм [2, 6; 4, 8] (от 2 до 7 мм, Me = 3,6 мм), сразу после операции – 6,8 мм [5, 2; 8, 5] (от 2 до 10 мм, Me = 7,1 мм) (P=0,015), а в завершении наблюдения отличался от предоперационного не значимо – 4,5 мм [3, 5; 5, 4] (от 2 до 7 мм, Me = 4,3 мм) (P=0,572). Артропатию плечевого сустава 1 ст. наблюдали у 23 (34,3%), 2 ст. – у 29 (43,2%) и 3 ст. – у 15 (22,4%) пациентов. К завершению наблюдения артропатия прогрессировала на одну стадию у 9 (13,4%) пациентов: 1 ст. – у 17 (25,4%), 2 ст. – у 32 (47,8%) и 3 ст. – у 18 (26,8%) пациентов. Предоперационные рентгенографические признаки остеоартроза I ст. наблюдали у 32 (47,8%) пациентов, II ст. – у 20 (29,9%), а в завершении наблюдения – I ст. у 39 (58,2%) (P=0,519), II ст. – у 23 (34,3%) (P=0,061) и у 3 (4,5%) пациентов наблюдали III ст., т.е. появление или прогрессирование на одну стадию зафиксировали в 22 (32,8%) наблюдениях.

Тенотомию ДГДМП выполнили 5 (7,5%) пациентам, тенодез – 58 (86,6%). Анкерную частичную рефиксацию надостной и подостной мышц осуществили в 35 (52,2%) случаях, атроскопическую чрескостную техникой «свободной руки» – в 32 (47,8%). Дополнительный шов «край-край» использовали у 55 (82,1%) пациентов. Средняя продолжительность операции составила 137 мин. (от 120 до 270 мин.).

У 29 (43,3%) пациентов перед операцией наблюдали признаки псевдопареза в виде ограничения активного сгибания плеча до 90%, а также положительные симптомы «горниста» и «калитки» – у 12 (17,9%), которые разрешились после операции у 23 (34,3%) пациентов. 53 (79,1%) пациента были удовлетворены результатом лечения. Средние показатели шкал Constant, ASES и ВАШ значимо улучшились после операции, достигнув MCID во всех наблюдениях (Табл. 1). Стойкое сохранение положительного пальпаторно-визуального теста наблюдали у 12 (17,9%) пациентов, а восстановление симметричного лопаточного ритма – у 46 (68,7%).

Табл. 1. Функциональное состояние пациентов до операции и в среднесрочном периоде

Показатель

До операции (среднее/Ме (min–max))

В среднесрочном периоде

(среднее/Ме (min–max))

P

Средний результат по Constant

32,3/34,4 (21–46)

63,1/65,2 (49–97)

<0,001

Подшкала боли Constant

0,8/0,9 (0–15)

11,7/12,5 (0–15)

<0,001

Подшкала активности Constant

7,2/7,7 (0–20)

14,5/13,9 (0–20)

<0,001

Подшкала подвижности Constant

18,9/19,3 (0–32)

36,1/35,3 (0–40)

<0,001

Подшкала силы Constant

0,8/1,3 (0–9)

4,3/3,7 (1–25)

<0,001

Средний результат по ASES

26,4/26,1 (13–37)

69,2/70,1 (53–100)

<0,001

Активное сгибание плеча, º

105,7/109,3

(75–165)

163,5/160,1

(135–175)

<0,001

Активное отведние плеча, º

56,9/59,1 (45–130)

129,2/132,9

(105–165)

<0,001

Активная наружная ротация приведенного плеча, º

10,9/12,4 (0–80)

46,1/43,7 (45–90)

<0,001

Активная внутренняя ротация (остистый отросток позвонка)

3,5/3,9 (0–7)

6,1/6,5(0–7)

<0,001

Средний результат по ВАШ

8,7/9,1 (0–10)

2,1/1,9 (0–10)

<0,001

Акромиально-плечевой интервал, мм

3,8/3,6 (2,0-7,0)

4,5/4,3 (2,0-7,0)

0,572

Стадия артропатии по Hammada

1,9/1,7 (1–3)

2,0/2,1 (1–3)

0,794

Стадия остеоартроза по R. Samilson

1,1/1,2 (0-2)

1,4/1,5 (0-3)

0,152

Удовлетворенность пациентов, n (%)

–

53 (79,1)

–

 

Многомерный канонический корреляционный анализ выявил значимую модель, подтверждающую сильную взаимосвязь послеоперационных показателей шкалы Constant с демографическими и клиническими показателями со скорректированным квадратом канонической корреляции (Adjusted R2) равным 0,798 при коэффициенте детерминации (R2) – 0,821. Стандартизированный коэффициент (β) для независимых переменных показал наличие отрицательной связи между предоперационной величиной АПИ и баллом по шкале Constant (стандартизованный коэффициент (β)=0,21, коэффициент корреляции Пирсона (r)=0,27, P<0,05). Была обнаружена обратная слабая корреляционная связь между дефицитом активного сгибания конечности перед операцией и показателями шкалы Constant в завершении наблюдения (β=-0,12, r=-0,15, P<0,05), а также избыточным ИМТ (β=-0,19, r=-0,21, P<0,05). Среднее послеоперационное значение шкалы Constant у пациентов с наличием перед операцией признаков псевдопареза было достоверно меньше, чем у пациентов с исходной элевацией конечности более 90º – 53,1 и 67,2, соответственно (P=0,012), при отсутствии значимых различий до операции – 30,7 и 33,2, соответственно (P=0,139). При избыточной массе тела пациентов с ИМТ более 35 средний показатель Constant после операции был равен 46,5, что значимо меньше, чем у остальных – 65,8 (P=0,031) при отсутствии достоверных отличий перед лечением (P=0,273). Пол и возраст пациента, курение, продолжительность симптоматики, восстановленные разрывы подлопаточного сухожилия, степень жировой дегенерации подостой и малой круглой мышц, а также стадия артропатии и стадия остеоартроза не оказали статистически значимого влияния.

Результаты однофакторного логистического регрессионного анализа свидетельствовали о большем шансе на удовлетворенность пациентов мужского пола в возрасте до 65 лет с артропатией плечевого сустава I или II ст. и жировой инфильтрацией подостной мышцы не превышающей II ст. (Табл. 2). Более высокий риск неудовлетворенности пациентов наблюдали при сопутствующих повреждениях и шве подлопаточной мышцы, дефиците активного сгибания перед операцией менее 90º (псевдопарезе), индексе массы тела более 35 или курении. Вследствие небольшого количества наблюдений подтвердить статистическую значимость данных клинических закономерностей удалось только для стадии артропатии и степени жировой инфильтрации подостной мышцы, АПИ, возраста пациента и ИМТ.

 

 

 

Табл. 2. Однофакторное отношение рисков и отношение шансов удовлетворенности пациентов лечением.

Показатель

Отношение шансов (Odds Ratio, OR)

Отношение рисков (Risk Ratio, RR)

95% доверительный интервал отношения шансов (OR)

P

Активное сгибание плеча < 90º (псевдопарез)

0,38

0,86

0,27 – 12,61

0,08

Мужской пол

2,19

1,14

0,96 – 8,14

0,20

Индекс массы тела > 35

0,21

0,69

0,08 – 1,13

0,03

Возраст < 65 лет

4,14

2,07

1,03 – 15,81

0,04

Курение

0,87

0,92

0,76 – 27,3

0,25

Акромиально-плечевой интервал < 6 мм

0,17

0,64

0,07 – 0,73

0,01

Артропатия Hammada < III

5,86

2,17

1,12 – 14,26

0,01

Остеоартроз I ст.

0,76

1,82

0,63 – 5,07

0,74

Остеоартроз II ст.

0,51

1,59

0,17 – 14,32

0,08

Повреждение и шов подлопаточной мышцы

0,47

0,64

0,12 – 2,1

0,09

Жировая инфильтрация подостной мышцы <3 ст.

4,39

2,77

0,98 – 7,52

0,02

 

Инфекционных и нейроваскулярных осложнений зарегистрировано не было. У 2 (3,0%) пациентов в области боковой поверхности груди наблюдали гематому, которая самопроизвольно разрешилась. У 6 (9,0%) пациентов сохранились признаки псевдопареза, в т.ч. с положительными симптомами «горниста» и «калитки» – у 2 (3,0%), отказавшихся в последующем от выполнения эндопротезирования в связи с умеренным болевым синдромом и социальной адаптацией. Еще один пациент (1,5%), также не удовлетворенный результатом лечения, жаловался на стойкий болевой синдром и ограничение движений. После выполнения артроскопического артролиза болевой синдром был купирован, а движения восстановлены.

Обсуждение

Важным результатом исследования стало подтверждение высокой эффективности полностью артроскопической транспозиции LD и TM при трудновосстановимых задне-верхних дефектах манжеты ротаторов с функциональными результатами, не уступающими открытой и артроскопически-ассистированным техникам. В нашей выборке отсутствовали инфекционные осложнения, наблюдаемые после открытой операции Debeer P. с соавт. и Zafra M. с соавт. – у 7,7% и 5,5% пациентов, соответственно, а также зафикированные после артроскопически-ассистированной операции Kany J., Grimberg J. с соавт. и Valenti P. с соавт. – у 3,0% и 6,5% пациентов, соответственно, при средней частоте 2,3% по данным системного обзора Memon M. с соавт. [1, 33, 34, 35, 36]. Гематомы боковой поверхности груди при полностью артроскопической технике возникли в нашей серии у 2 (3,0%) пациентов, что также меньше, чем при открытом выделении и заборе сухожилий LD/TM – от 3,8% до 14,3% [35, 37, 38, 39]. Неврологические, в т.ч. транзиторные осложнения, налюдаемые коллегами в 0,4% – 4,3% случаях, в нашей серии наблюдений отсутствовали [36, 37, 40, 41].

Была обнаружена статистически значимая слабая корреляционная связь ИМТ пациента, величины АПИ и дефицита сгибания плеча перед операцией с функциональными показателями шкалы Constant. О худшем прогнозе после выполнения трансфера у пациентов с критическим уменьшением АПИ свидетельствуют многие авторы [37, 41, 42, 43]. Достигнутое увеличение АПИ было временно, как и в наблюдениях наших коллег [42, 44]. Статической оценки АПИ может быть не достаточно для объективной характеристики влияния транспозиции LD/TM на кинематику плечевого сустава [38]. III ст. артропатии плечевого сустава сопровождалась снижением показателей шкалы Constant и является значимым фактором риска неудовлетворенности пациентов результатом лечения, однако при II ст. мы, также, как и Lehmann L.J. с соавт. не обнаружили ухудшения функции плечевого сустава, которая возможна при больших сроках после операции [45].

Сохранение активного сгибания конечности более 90º имело важное значение для достижения хорошего функционального исхода в нашей серии, что согласуется с результатами исследований Valenti P. с соавт. и Codsi M.J. с соавт. определивших сохранение активного сгибания более 120º и 80º, соответственно, как важный предиктор хорошего функционального исхода лечения [33, 46]. Таким образом, изолированное выполнение трансфера более эффективно у пациентов с компенсированной функцией конечности. С данным выводом хорошо соотносится большая удовлетворенность мужчин без ожирения в нашей выборке и большую склонность к неудовлетворительным результатам у женщин со слабо развитой мускулатурой и нарушенной функцией конечности, о которой также сведетельствуют результаты Iannotti J.P. и соавт. [47]. Тем не менее, в исследованиях Valenti P. с соавт., Grimberg J. с соавт., Gerber C. с соавт. и Aoki M. с соавт. была продемонстрирована эффективность трансфера LD при наличии псевдопареза, а в исследованиях Nové-Josserand L. с соавт. и Pearsall A.W. с соавт. – при наличии псевдопаралича с разрешением псевдопареза в первом случае и увеличением амплитуды сгибания плеча с 49º до 76º – во втором, что свидетельствует о возможной пользе мышечно-сухожильного трансфера LD/TM, в т.ч. при лечении пациентов с выраженной и стойкой дисфункцией верхней конечности [38, 40, 42, 48, 49, 50]. У 23 из 26 (88,5%) пациентов нашей выборки псевдопарез разрешился. В текущий анализ пациенты со сгибанием менее 45º (псевдопараличем) включены не были.

Поскольку в исследуемую группу не были включены пациенты с трудновосстановимыми повреждениями подлопаточной мышцы, нами не было обнаружено значимое влияние ее повреждений на результат лечения, в отличии от данных, опубликованных Werner C.M. и соавт. [51]. Сопутствующее и восстановленное повреждение верхней порции подлопаточной мышцы также не повлияло на результат лечения во многих других исследованиях [42, 48, 49, 52, 53].

Выраженная жировая инфильтрация подостной мышцы явилась значимым фактором риска неудовлетворенности пациента результатом лечения, поскольку трансфер всегда сочетали с рефиксацией подостной мышцы и ее состояние определяло общую эффективность операции. В нашей выборке отсутствовали наблюдения с выраженной дегенерацией малой круглой мышцы, влияние состояния которой на функциональные исходы трансфера LD/TM отмечал Nové-Josserand L. с соавт. и Costouros J.G. с соавт., но не подтвердило исследование Grimberg J. и соавт. [38, 42, 45, 54].

Наблюдаемое нами у 22 (32,8%) пациетов прогрессирование рентгенографических признаков остеоартроз и стадии артропатии плечевого сустава – у 9 (13,4%) пациентов соотносится с 38,5% наблюдений Debeer P. и соавт., 41%  наблюдений Aoki M. с соавт. и 30% наблюдений Gerber C. с соавт. в которых прогрессирование остеоартроза сочеталось со снижением АПИ, однако также не сопровождалось достоверным ухудшением функциональных результатов [35, 40, 48].

Статистическая значимость возраста старше 65 лет как фактора риска неудовлетворенности результатом лечения наших пациентов хорошо соотносится с данными Iannotti J.P. и соавт. о среднем возрасте неудовлетворенных пациентов – 60 лет и удовлетоворенных – 52 года [47]. Также, как и III степень жировой инфильтрации подостной мышцы, возраст старше 65 лет статистически значимо снизил удовлетворенность пациентов, однако на показатель объективной шкалы Constant значимого влияния не оказал, что может быть связано с небольшим количеством наблюдений в выборке.

Мы не проводили элекромиографических исследований активности перемещенных мышц во время активных движений конечности, поэтому не можем судить об активно-сократительном эффекте после транспозиции. Предыдущие электромиографические исследования показали, что у части пациентов перемещенные мышцы активны, тогда как другие не способны синхронизировать активность широчайшей и большой круглой мышц с активностью надостной и подостной мышц, а механизм транспозиции исключительно обеспечен пассивным эффектом тенодеза [9, 40, 48]. Стойкое сохранение ассиметрии лопаточного ритма наблюдаемое в 12 (17,9%) случаях согласуется с выводом электромиографических исследований Galasso O. и соавт. о невозможности восстановления ритма за счет мышечно-сухожильного трансфера и требуется больший компенсаторный вклад лопатки для обеспечения общего движения плеча [55].

Помимо мышечно-сухожильной транспозиции, всем нашим пациентам была выполнена частичная рефиксация сухожилий, в т.ч. с использованием техники сведения краев дефекта манжеты ротаторов для восстановления ротаторного кабеля и улучшения баланса сил [56]. О большей эффективности данной комбинации, чем изолированного трансфера или изолированного частичного шва манжеты при трудновосстановимых задне-верхних разрывах свидетельствовали результаты исследований Valenti P. с соавт. и Paribelli G. с соавт. [33, 57].

Полностью артроскопческое перемещение LD/TM – технически сложная процедура, однако позволяет уменьшить травматичность этапа выделения, мобилизации и перемещения мышечно-сухожильного комплекса с последующим рубцово-спаечным процессом, а также исключает необходимость открытого доступа в подмышечной области, минимизируя риск нагноения и сохраняя герметичность области операции, что облегчает последующие эндоскопические манипуляции в полости сустава и параартикулярных пространствах. Одновременно, протяженное артроскопическое выделение из окружающих тканей мышечного брюшка перемещаемого мышечно-сухожильного комплекса технически затруднительно из транс- и околопекторальных портов, применяемых Kany J., что усложняет достижение желаемой точки фиксации и увеличивает натяжение пермещенных сухожилий [2, 58]. Использование подмышечных портов обеспечивает прямой и удобный доступ к перемещаемому мышечно-сухожильному комплексу на всем протяжении от нижнего угла лопатки до крепления к плечевой кости с возможностью визуального эндоскопического контроля окружающих нервных и сосудистых структур, уменьшая риск их повреждения [21]. Отсутствие нейроваскулярных осложнений среди наших наблюдений за весь период использования описываемой техники с 2018 г. подтверждает данный вывод. Выведение сухожилий в подмышечный порт и их прошивание снаружи значимо быстрее, безопаснее и надежнее, чем прошивание до отсечения, как при полностью артроскопической технике трансфера без использования подмышечных портов [2]. Очевидно, что описанные многими нашими коллегами преимущества артроскопически-ассистированного проведения в поддельтовидном туннеле, и фиксация на большом бугорке плечевой кости сухожилий LD/TM при полностью артроскопической технике транспозиции реализуются в полной мере: минимальная травма дельтовидной мышцы и структур образующих трехстороннее пространство, возможность восстановления сопутствующих внутрисуставных повреждений и визуальный контроль ближайших нейрососудистых структур. Описанные технические преимущества уменьшают травматичность операции, болевой синдром и косметические последствия, а также ускоряют и облегчают реабилитацию.

Не смотря на долгую эволюцию и многообразие техник транспозиции изолированно широчайшей или одновременно с большой круглой мышцей с или без тубуляризацией сухожилия, фиксацией внутрикостно кортикальной пуговицей, винтом или накостно якорями в разных точках, а также использование аугментов, частота отрыва остается высокой, составляя, по данным Kany J. с соавт. от 38% до 43% [1, 2, 3, 5]. Наш выбор комбинированного использования обеих мышц был связан со значительной травматизацией и худшей мобилизацией при попытке протяженного разделения тесно связанных сходящихся сухожилий широчайшей и большой круглой мышц, имеющих вариабельную анатомию прикрепления к кости [22]. Кроме того, прочность конструкции, ожидаемая сила сокращения, тенодезный эффект и кровоснабжение от двух мышц был больше [58]. Недостаточность длины большой круглой мышцы компенсировали выполняя ее проксимальный сдвиг с последующим вовлечением в общий шов по Krakow. Изучение структурных результатов предлагаемой нами техники является целью дальнейших исследований.

Ограничения исследования

Продолжительность наблюдения за частью пациентов, вошедших в исследовани не превысила 24 мес. Результаты основаны на анализе опыта единственного хирурга, содержат исходы лечения пациентов со всей кривой обучения, имеющей начало в 2017 г. и могут быть недостаточно обобщенными. Техника операции также претерпевала некоторые незначительные изменения. Исследование носит ретроспективный характер и содержит небольшое количество наблюдений.

Заключение

Полностью артроскопическая транспозиция широчайшей и большой круглой мышц спины на большой бугорок плечевой кости является эффективной процедурой при лечении пациентов с массивными трудновосстановимыми задне-верхними дефектами манжеты ротаторов, не уступающей по функциональным исходам и сопровождающейся меньшим риском инфекционных осложнений при сравнении с опубликованными результатами применения артроскопически-ассистированной техники. Функциональные результаты были лучше у пациентов с сохраненной элевацией конечности и высотой акромиально-плечевого интервала, а ткаже ИМТ не превышающем 35. Чаще удовлетворены результатом лечения были пациенты моложе 65 лет с артропатией плечевого сустава не превышающей II ст. по Hammada и жировой инфильтрацией подостной мышцы не превышающей II ст. по Fuchs.

Этика публикации: пациенты дали добровольное информированное согласие на участие в исследовании и публикацию клинических наблюдений.

Конфликт интересов: не заявлен.

×

About the authors

Roman Gladkov

Pavlov First Saint Petersburg State Medical University

Author for correspondence.
Email: dr.gladkov@gmail.com
ORCID iD: 0000-0001-9152-7024
SPIN-code: 6552-1486

Professor of the Department of Traumatology and Orthopedics

Russian Federation, 197022, Russian Federation, Saint-Petersburg, Lva Tolstogo str. 6-8

Aleksander Kaysinovich Dulaev

Email: akdulaev@gmail.com
ORCID iD: 0000-0003-4079-5541

Aleksandr Aleksandrovich Hajrutdinov

Email: sanchous39rus@gmail.com
ORCID iD: 0009-0007-1119-4313
Scopus Author ID: 0009-0007-1119-4313

Igor Olegovich Shevchuk

Email: igorb001@mail.ru
ORCID iD: 0009-0004-2233-9504

References

  1. Kany J., Grimberg J., Amaravathi R.S., Sekaran P., Scorpie D., Werthel J.D. Arthroscopically-assisted latissimus dorsi transfer for irreparable rotator cuff insufficiency: Modes of failure and clinical correlation. Arthroscopy. 2018; 34:1139-1150. doi: 10.1016/j.arthro.2017.10.052.
  2. Kany J., Selim H.A. Combined Fully Arthroscopic Transfer of Latissimus Dorsi and Teres Major for Treatment of Irreparable Posterosuperior Rotator Cuff Tears. Arthrosc Tech. 2019 Dec 24;9(1):e147-e157. doi: 10.1016/j.eats.2019.09.008. PMID: 32021789; PMCID: PMC6993265.
  3. Kany J., Anis H., Werthel J.D. Massive irreparable rotator cuff tears treatment options, indications, and role of fully arthroscopic latissimus dorsi transfer. Obere Extremität 2018;13:246-254. https://doi.org/10.1007/s11678-018-0478-9.
  4. Burks R.T., Tashjian R.Z. Should We Have a Better Definition of Pseudoparalysis in Patients with Rotator Cuff Tears? Arthroscopy. 2017 Dec;33(12):2281-2283. doi: 10.1016/j.arthro.2017.07.024. Epub 2017 Oct 9. PMID: 29032902.
  5. Cavalier M., Jullion S., Kany J., Grimberg J., Lefebvre Y., Oudet D., Grosclaude S., Charousset C., Boileau P., Joudet T., Bonnevialle N.; French Arthroscopic Society. Management of Massive Rotator Cuff Tears: Prospective study in 218 patients. Orthop Traumatol Surg Res. 2018 Dec;104(8S):S193-S197. doi: 10.1016/j.otsr.2018.09.007. Epub 2018 Sep 22. PMID: 30253987.
  6. Boileau P., Baqué F., Valerio L., Ahrens P., Chuinard C., Trojani C. Isolated arthroscopic biceps tenotomy or tenodesis improves symptoms in patients with massive irreparable rotator cuff tears. J Bone Joint Surg Am. 2007 Apr;89(4):747-57. doi: 10.2106/JBJS.E.01097. PMID: 17403796.
  7. Burkhart S.S., Nottage W.M., Ogilvie-Harris D.J., Kohn H.S., Pachelli A. Partial repair of irreparable rotator cuff tears. Arthroscopy. 1994 Aug;10(4):363-70. doi: 10.1016/s0749-8063(05)80186-0. PMID: 7945631.
  8. Elhassan B.T., Alentorn-Geli E., Assenmacher A.T., Wagner E.R. Arthroscopic-Assisted Lower Trapezius Tendon Transfer for Massive Irreparable Posterior-Superior Rotator Cuff Tears: Surgical Technique. Arthrosc Tech. 2016 Aug 29;5(5):e981-e988. doi: 10.1016/j.eats.2016.04.025. PMID: 27909664; PMCID: PMC5123993.
  9. Gerber C., Vinh T.S., Hertel R., Hess C.W. Latissimus dorsi transfer for the treatment of massive tears of the rotator cuff. A preliminary report. Clin Orthop Relat Res. 1988 Jul;(232):51-61. PMID: 3383502.
  10. Mulieri P., Dunning P., Klein S., Pupello D., Frankle M. Reverse shoulder arthroplasty for the treatment of irreparable rotator cuff tear without glenohumeral arthritis. J Bone Joint Surg Am. 2010 Nov 3;92(15):2544-56. doi: 10.2106/JBJS.I.00912. PMID: 21048173.
  11. Deranlot J., Herisson O., Nourissat G., Zbili D., Werthel J.D., Vigan M., Bruchou F. Arthroscopic Subacromial Spacer Implantation in Patients With Massive Irreparable Rotator Cuff Tears: Clinical and Radiographic Results of 39 Retrospectives Cases. Arthroscopy. 2017 Sep;33(9):1639-1644. doi: 10.1016/j.arthro.2017.03.029. Epub 2017 Jun 8. Erratum in: Arthroscopy. 2018 Feb;34(2):647. doi: 10.1016/j.arthro.2017.12.013. PMID: 28602388.
  12. Mihata T., Lee T.Q., Watanabe C., Fukunishi K., Ohue M., Tsujimura T., Kinoshita M. Clinical results of arthroscopic superior capsule reconstruction for irreparable rotator cuff tears. Arthroscopy. 2013 Mar;29(3):459-70. doi: 10.1016/j.arthro.2012.10.022. Epub 2013 Jan 28. PMID: 23369443.
  13. L’Episcopo J. Tendon transplantation in obstetric paralysis. The American Journal of Surgery 1934;25:122-125.
  14. Hoffer M.M., Wickenden R., Roper B. Brachial plexus birth palsies. Results of tendon transfers to the rotator cuff. J Bone Joint Surg Am. 1978 Jul;60(5):691-5. PMID: 681392.
  15. Kany J. Tendon transfers in rotator-cuff surgery. Orthop Traumatol Surg Res. 2020 Feb;106(1S):S43-S51. doi: 10.1016/j.otsr.2019.05.023. Epub 2019 Dec 13. PMID: 31843509.
  16. Gervasi E., Causero A., Parodi P.C., Raimondo D., Tancredi G. Arthroscopic latissimus dorsi transfer. Arthroscopy. 2007 Nov;23(11):1243.e1-4. doi: 10.1016/j.arthro.2006.12.021. Epub 2007 Apr 6. PMID: 17986416.
  17. Jermolajevas V., Kordasiewicz B. Arthroscopically Assisted Latissimus Dorsi Tendon Transfer in Beach-Chair Position. Arthrosc Tech. 2015 Aug 10;4(4):e359-63. doi: 10.1016/j.eats.2015.03.014. PMID: 26759777; PMCID: PMC4680951.
  18. Castricini R., Longo U.G., De Benedetto M., Loppini M., Zini R., Maffulli N., Denaro V. Arthroscopic-Assisted Latissimus Dorsi Transfer for the Management of Irreparable Rotator Cuff Tears: Short-Term Results. J Bone Joint Surg Am. 2014 Jul 16;96(14):e119. doi: 10.2106/JBJS.L.01091. PMID: 25031381.
  19. Goldstein Y., Grimberg J., Valenti P., Chechik O., Drexler M., Kany J. Arthroscopic fixation with a minimally invasive axillary approach for latissimus dorsi transfer using an endobutton in massive and irreparable postero-superior cuff tears. Int J Shoulder Surg. 2013 Apr;7(2):79-82. doi: 10.4103/0973-6042.114223. PMID: 23960367; PMCID: PMC3743035.
  20. Castricini R., Longo U.G., De Benedetto M., Loppini M., Zini R., Maffulli N., Denaro V. Arthroscopic-Assisted Latissimus Dorsi Transfer for the Management of Irreparable Rotator Cuff Tears: Short-Term Results. J Bone Joint Surg Am. 2014 Jul 16;96(14):e119. doi: 10.2106/JBJS.L.01091. PMID: 25031381.
  21. Tauber M., Moursy M., Forstner R., Koller H,. Resch H. Latissimus dorsi tendon transfer for irreparable rotator cuff tears: a modified technique to improve tendon transfer integrity: surgical technique. J Bone Joint Surg Am. 2010 Sep;92 Suppl 1 Pt 2:226-39. doi: 10.2106/JBJS.J.00224. PMID: 20844178.
  22. Cutbush K., Peter N.A., Hirpara K. All-Arthroscopic Latissimus Dorsi Transfer. Arthrosc Tech. 2016 Jun 13;5(3):e607-13. doi: 10.1016/j.eats.2016.02.007. PMID: 27656385; PMCID: PMC5021352.
  23. Kany J., Sekaran P., Grimberg J., Amavarathi R.S., Valenti P., Elhassan B., Werthel J.D. Risk of latissimus dorsi tendon rupture after arthroscopic transfer for posterior superior rotator cuff tear: a comparative analysis of 3 humeral head fixation techniques. J Shoulder Elbow Surg. 2020 Feb;29(2):282-290. doi: 10.1016/j.jse.2019.06.019. Epub 2019 Aug 28. PMID: 31473133.
  24. Richards R.R., An K.N., Bigliani L.U., Friedman R.J., Gartsman G.M., Gristina A.G., Iannotti J.P., Mow V.C., Sidles J.A., Zuckerman J.D. A standardized method for the assessment of shoulder function. J Shoulder Elbow Surg. 1994; 3(6):347–352. doi: 10.1016/S1058-2746(09)80019-0.
  25. Constant C.R., Murley A.H. A clinical method of functional assessment of the shoulder. Clin Orthop Relat Res 1987;214:160–164.
  26. Kukkonen J., Kauko T., Vahlberg T., Joukainen A., Aarimaa V.J. Investigating minimal clinically important difference for Constant score in patients undergoing rotator cuff surgery. Shoulder Elbow Surg 2013;22:1650-1655.
  27. Tashjian R.Z., Hung M., Keener J.D. Determining the minimal clinically important difference for the American Shoulder and Elbow Surgeons score, Simple Shoulder Test, and visual analog scale (VAS) measuring pain after shoulder arthroplasty. J Shoulder Elbow Surg 2017;26: 144-148.
  28. Huang T-S., Huang H-Y., Wang T-G., Tsai Y-S., Lin J-J. Comprehensive classification test of scapular dyskinesis: A reliability study. Manual Therapy (2014), doi: 10.1016/j.math.2014.10.017.
  29. Samilson R.L., Prieto V. Dislocation arthropathy of the shoulder. J Bone Joint Surg Am. 1983 Apr;65(4):456-60. PMID: 6833319.
  30. Fuchs B., Weishaupt D., Zanetti M., Hodler J., Gerber C. Fatty degeneration of the muscles of the rotator cuff: assessment by computed tomography versus magnetic resonance imaging. J Shoulder Elbow Surg. 1999 Nov-Dec;8(6):599-605. doi: 10.1016/s1058-2746(99)90097-6. PMID: 10633896.
  31. Thomazeau H., Boukobza E., Morcet N., Chaperon J., Langlais F. Prediction of rotator cuff repair results by magnetic resonance imaging. Clin Orthop Relat Res. 1997 Nov;(344):275-83. PMID: 9372778.
  32. Collin P., Matsumura N., Lädermann A., Denard P.J., Walch G. Relationship between massive chronic rotator cuff tear pattern and loss of active shoulder range of motion. J Shoulder Elbow Surg. 2014 Aug;23(8):1195-202. doi: 10.1016/j.jse.2013.11.019. Epub 2014 Jan 14. PMID: 24433628.
  33. Valenti P., Reinares F., Maroun C., Choueiry J., Werthel J.D. Comparison of arthroscopically assisted transfer of the latissimus dorsi with or without partial cuff repair for irreparable postero-superior rotator cuff tear. Int Orthop. 2019 Feb;43(2):387-394. doi: 10.1007/s00264-018-4016-6. Epub 2018 Jun 15. PMID: 29948013.
  34. Grimberg J., Kany J., Valenti P., Amaravathi R., Ramalingam A.T. Arthroscopic-assisted latissimus dorsi tendon transfer for irreparable posterosuperior cuff tears. Arthroscopy. 2015 Apr;31(4):599-607.e1. doi: 10.1016/j.arthro.2014.10.005. Epub 2014 Dec 10. PMID: 25498458.
  35. Debeer P., De Smet L. Outcome of latissimus dorsi transfer for irreparable rotator cuff tears. Acta Orthop Belg. 2010 Aug;76(4):449-55. PMID: 20973349.
  36. Memon M., Kay J., Quick E., Simunovic N., Duong A., Henry P., Ayeni O.R. Arthroscopic-Assisted Latissimus Dorsi Tendon Transfer for Massive Rotator Cuff Tears: A Systematic Review. Orthop J Sports Med. 2018 Jun 11;6(6):2325967118777735. doi: 10.1177/2325967118777735. PMID: 29942816; PMCID: PMC6009089.
  37. Irlenbusch U., Bracht M., Gansen H.K., Lorenz U., Thiel J. Latissimus dorsi transfer for irreparable rotator cuff tears: a longitudinal study. J Shoulder Elbow Surg. 2008 Jul-Aug;17(4):527-34. doi: 10.1016/j.jse.2007.11.022. Epub 2008 Apr 21. PMID: 18430594.
  38. Grimberg J., Kany J. Latissimus dorsi tendon transfer for irreparable postero-superior cuff tears: current concepts, indications, and recent advances. Curr Rev Musculoskelet Med. 2014 Mar;7(1):22-32. doi: 10.1007/s12178-013-9196-5. PMID: 24458942; PMCID: PMC4094122.
  39. Zafra M., Carpintero P., Carrasco C. Latissimus dorsi transfer for the treatment of massive tears of the rotator cuff. Int Orthop. 2009 Apr;33(2):457-62. doi: 10.1007/s00264-008-0536-9. Epub 2008 Apr 5. PMID: 18392621; PMCID: PMC2899072.
  40. Gerber C., Maquieira G., Espinosa N. Latissimus dorsi transfer for the treatment of irreparable rotator cuff tears. J Bone Joint Surg Am. 2006 Jan;88(1):113-20. doi: 10.2106/JBJS.E.00282. PMID: 16391256.
  41. Moursy M., Forstner R., Koller H., Resch H., Tauber M. Latissimus dorsi tendon transfer for irreparable rotator cuff tears: a modified technique to improve tendon transfer integrity. J Bone Joint Surg Am. 2009 Aug;91(8):1924-31. doi: 10.2106/JBJS.H.00515. PMID: 19651951.
  42. Nové-Josserand L., Costa P., Liotard J.P., Safar J.F., Walch G., Zilber S. Results of latissimus dorsi tendon transfer for irreparable cuff tears. Orthop Traumatol Surg Res. 2009 Apr;95(2):108-13. doi: 10.1016/j.otsr.2008.10.002. Epub 2009 Apr 5. PMID: 19349223.
  43. Gerber C. Latissimus dorsi transfer for the treatment of irreparable tears of the rotator cuff. Clin Orthop Relat Res. 1992 Feb;(275):152-60. PMID: 1735206.
  44. Lichtenberg S., Magosch P., Habermeyer P. Are there advantages of the combined latissimus-dorsi transfer according to L'Episcopo compared to the isolated latissimus-dorsi transfer according to Herzberg after a mean follow-up of 6 years? A matched-pair analysis. J Shoulder Elbow Surg. 2012 Nov;21(11):1499-507. doi: 10.1016/j.jse.2012.01.002. Epub 2012 Apr 26. PMID: 22541868.
  45. Lehmann L.J., Mauerman E., Strube T., Laibacher K., Scharf H.P. Modified minimally invasive latissimus dorsi transfer in the treatment of massive rotator cuff tears: a two-year follow-up of 26 consecutive patients. Int Orthop. 2010 Mar;34(3):377-83. doi: 10.1007/s00264-009-0782-5. Epub 2009 May 5. PMID: 19415274; PMCID: PMC2899294.
  46. Codsi M.J., Hennigan S., Herzog R., Kella S., Kelley M., Leggin B., Williams G.R., Iannotti J.P. (2007) Latissimus dorsi tendon transfer for irreparable posterosuperior rotator cuff tears. Surgical technique. J Bone Joint Surg Am 89(Suppl 2):Pt.1:1–Pt.1:9. https://doi.org/10.2106/JBJS.F.01160.
  47. Iannotti J.P., Hennigan S., Herzog R., Kella S., Kelley M., Leggin B., Williams G.R. (2006) Latissimus dorsi tendon transfer for irreparable posterosuperior rotator cuff tears. Factors affecting outcome. J Bone Joint Surg Am 88(2):342–348. https://doi.org/10.2106/JBJS.D.02996.
  48. Aoki M., Okamura K., Fukushima S., Takahashi T., Ogino T. Transfer of latissimus dorsi for irreparable rotator-cuff tears. J Bone Joint Surg Br. 1996 Sep;78(5):761-6. PMID: 8836066.
  49. Valenti P., Kalouche I., Diaz L.C., Kaouar A., Kilinc A. Results of latissimus dorsi tendon transfer in primary or salvage reconstruction of irreparable rotator cuff tears. Orthop Traumatol Surg Res. 2010 Apr;96(2):133-8. doi: 10.1016/j.rcot.2010.02.018. PMID: 20417911.
  50. Pearsall A.W. 4th, Madanagopal S.G., Karas S.G. Transfer of the latissimus dorsi as a salvage procedure for failed debridement and attempted repair of massive rotator cuff tears. Orthopedics. 2007 Nov;30(11):943-9. doi: 10.3928/01477447-20071101-19. PMID: 18019988.
  51. Werner C.M., Zingg P.O., Lie D., Jacob H.A., Gerber C. The biomechanical role of the subscapularis in latissimus dorsi transfer for the treatment of irreparable rotator cuff tears. J Shoulder Elbow Surg. 2006 Nov-Dec;15(6):736-42. doi: 10.1016/j.jse.2005.11.002. PMID: 17126245.
  52. Warner J.J., Parsons I.M. 4th (2001) Latissimus dorsi tendon transfer: a comparative analysis of primary and salvage reconstruction of massive, irreparable rotator cuff tears. J Shoulder Elbow Surg 10:514–521. doi:S1058-2746(01)27740-4[pii] 10.1067/mse.2001.118629
  53. Miniaci A., MacLeod M. (1999) Transfer of the latissimus dorsi muscle after failed repair of a massive tear of the rotator cuff. A two to five-year review. J Bone Joint Surg Am 81:1120–1127.
  54. Costouros J.G., Espinosa N., Schmid M.R., Gerber C. Teres minor integrity predicts outcome of latissimus dorsi tendon transfer for irreparable rotator cuff tears. J Shoulder Elbow Surg. 2007 Nov-Dec;16(6):727-34. doi: 10.1016/j.jse.2007.02.128. Epub 2007 Nov 5. PMID: 17980629.
  55. Galasso O., Mantovani M., Muraccini M., Berardi A., De Benedetto M., Orlando N., Gasparini G., Castricini R. The latissimus dorsi tendon functions as an external rotator after arthroscopic-assisted transfer for massive irreparable posterosuperior rotator cuff tears. Knee Surg Sports Traumatol Arthrosc. 2020 Jul;28(7):2367-2376. doi: 10.1007/s00167-019-05819-2. Epub 2019 Dec 6. PMID: 31811355.
  56. Burkhart S.S., Danaceau S.M., Pearce C.E. Jr. Arthroscopic rotator cuff repair: Analysis of results by tear size and by repair technique-margin convergence versus direct tendon-to-bone repair. Arthroscopy. 2001 Nov-Dec;17(9):905-12. doi: 10.1053/jars.2001.26821. PMID: 11694920.
  57. Paribelli G., Boschi S., Randelli P., Compagnoni R., Leonardi F., Cassarino A.M. Clinical outcome of latissimus dorsi tendon transfer and partial cuff repair in irreparable postero-superior rotator cuff tear. Musculoskelet Surg. 2015 Aug;99(2):127-32. doi: 10.1007/s12306-015-0353-4. Epub 2015 Apr 23. PMID: 25904348.
  58. Kany J., Siala M., Werthel J.D.; ReSurg; Grimberg J. Full arthroscopic vs. arthroscopically assisted posterosuperior latissimus dorsi tendon transfer for shoulders with failed and irreparable rotator cuff repair: matched case-control study. J Shoulder Elbow Surg. 2024 Apr;33(4):e198-e207. doi: 10.1016/j.jse.2023.08.007. Epub 2023 Sep 27. PMID: 37769869.

Supplementary files

Supplementary Files
Action
1. JATS XML
Download

Copyright (c) Eco-Vector

Creative Commons License
This work is licensed under a Creative Commons Attribution-NonCommercial-NoDerivatives 4.0 International License.
СМИ зарегистрировано Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор).
Регистрационный номер и дата принятия решения о регистрации СМИ: серия ПИ № ФС 77 - 82474 от 10.12.2021.